Рисунок Ксении Скляровой

Несколько месяцев назад я писал в газете «Молодой» о камышинском поэте Дмитрии Ананко, а на днях мне сообщили, что он умер. Сжег свою жизнь в печке, оставив только пепел. Хотя нет, вру, он «наследил» стихами, пропитанными водкой. Стихи Ананко по-настоящему сильны и неоднозначны, как, впрочем, и сам Дима, с которым, увы, мне так и не удалось познакомиться.
Жизненный путь поэта не лучший пример для автобиографии в хрестоматии по литературе. Сначала он закончил текстильный техникум, потом работал в киоске, после принял крещение, помогал в храме и был регентом левого хора в Свято-Никольской церкви. Очень много пил, семь раз кодировался. Чтобы меньше пить, начал курить траву, а после подсел на мак. Сидел три раза в тюрьме. После смерти матери пробухал квартиру на общагу, общагу на захолустный дом в деревне, а потом бомжевал в Камышине. Говорят, его можно было встретить шкаляющим мелочь на улицах города. А стихи... Ну что стихи... Читайте сами... Ни пуха ни пера тебе, Дима!

Сегодня в газете «Молодой. Свежее решение», в которой я имею честь работать, вышла рубрика «Послушайте». Обычно с моим  коллегой Александром Паршиковым мы  подбираем туда стихи вместе и комментируем по принципу «Ты сегодня злой, я — добрый, а в следующем выпуске поменяемся». В этот раз рубрику я сделал один.

Далее >>

Год назад я еще жил в Сургуте и работал в газете «Новый Город».
Признаться честно, когда на мои хрупкие плечи ностальгия наваливает мешками воспоминания, я включаю вот эту «композицию».

Далее >>